Оренбургский пуховый платок. Классические и современные узоры

Классическим узорам пуховых платков на нашем сайте уже было посвящено несколько статей. Теперь следует упомянуть, что подобно расширению самого пуховязального промысла, давно не ограниченному лишь классическими шалями и паутинками, постоянно растет разнообразие техник вязания и, соответственно, самих узоров пуховых изделий. Как и в любом промысле, нововведения — вещь неотъемлемая. Принимать их или нет? Этот вопрос по сей день вызывает массу споров как среди обывателей, так и среди специалистов. И, конечно, самый главный вопрос: остаются ли изделия, в вязании которых используются те самые «нововведения» истинно оренбургскими? Наше мнение — да, остаются. Однако споров об этом на сегодняшний день немало. Ниже мы приведем ряд аргументов, а окончательно ответить для себя сможет каждый читатель.

Первое, о чем следует еще раз напомнить: определяющим фактором в вопросе оренбургское/не оренбургское является именно место происхождения изделия, говоря более конкретно — происхождение материала (в данном случае пух оренбургской козы) и во вторую очередь — место, где это изделие вяжется.

Второе: изначально «классикой» пуховязального промысла изначально именовались только пуховые платки, шали и паутинки. Но, как уже говорилось выше, промысел расширяется: пуховые палантины, косынки, пончо и пелерины по сути своей не являются оренбургской классикой, но при этом они также произведены в Оренбургском крае из оренбургского пуха, по сему большинство исследователей сегодня охотно причисляют все эти изделия к продукции оренбургского пуховязания.

Опираясь на эти аргументы, можно перейти к самим узорам, а также, вопроса их происхождения, как пример, так называемые «ландыши» имеют фактически стопроцентную схожесть с рисунками Хаапсальских палантинов.

Итак, вновь упомянем тот факт, что любой промысел имеет свойство со временем либо сходить «на нет», либо всесторонне расширяться. Не стали исключением узоры пуховых платков (да и любых пуховых изделий в принципе). С появлением новых узоров (и других веяний) появляются и споры: одни краеведы и эксперты промысла не признают в «нововведениях» классику, другие, напротив, видят в них витки развития, игнорировать которые невозможно и неправильно.

Если касаться конкретно узора «ландыши»: консервативно настроенные исследователи не причисляют данный рисунок к «классическим». При этом в оренбургском пуховязании он закрепился уже достаточно давно, прижившись в основном на палантинах, паутинках и косынках). Вопрос истоков самого рисунка остается без конкретного ответа, впрочем, как вопрос возникновения техник большинства узоров, включая «классические» (мастерицы, в принципе, зачастую, не очень охотно делятся своими секретами).

Отрицать схожесть узора «ландыши» с рисунком, который можно увидеть на изделиях Хаапсалу, невозможно. Как и сказать наверняка, был ли данный конкретный узор «подсмотрен» кем-то из мастериц и был ли кто-то из оренбургских вязальщиц в Эстонии. По этой причине выяснение изначального происхождения рисунка и возможность копирования узора — задача неблагодарная и невыполнимая. При этом неоспорим тот факт, что узор «ландыши» давно (около 30 лет назад) закрепился в оренбургском пуховязании и увидеть его можно на множестве изделий. Хорошо это или плохо, сохранится «новомодный» (по мнению ряда экспертов) узор в дальнейшем или сойдет «на нет» — покажет лишь время. На данный момент рисунок так или иначе появляется на изделиях оренбургских вязальщиц, а сами изделия с таким узором пользуются спросом.

Напоследок стоит еще раз упомянуть: первоочередной и определяющий фактор настоящего оренбургского пухового платка — место происхождения изделия и материала, из которого оно изготовлено. При этом, как и любой промысел, оренбургское пуховязание время от времени переживает определенные трансформации (это касается и узоров). Признавать «нововведения», ставя их в один ряд с «классикой» или нет — субъективный вопрос и личное дело каждого. Споры об этом идут по сей день и вряд ли в скором времени прекратятся.